Понедельник, 23 апреля 2018 12:27

Дом на краю сноса

Наталья ЕРЕМИЧ

Деревня Дунайчицы, что в нескольких километрах от райцентра, – ровесница Великого Княжества Литовского. Первые лет 200 принадлежала шляхетскому роду Еленских. Потом стала территорией Польши, а в 1939 году перешла в состав БССР. Теперь же населенный пункт со столь богатой многовековой историей постепенно превращается… в кукурузное поле.

– Такова правда жизни: и эта, и другие деревни пустеют, старики умирают, дети уезжают, на месте усадеб постепенно возникают мусорные свалки, зарастают бурь­яном. Наша задача – привести в порядок такие территории, – берет на себя роль экскурсовода председатель Клецкого районного Совета депутатов Светлана Чекун, с которой корреспонденты «МП» и прокатились по деревням.

– Ежегодно сносим в среднем по 150 домовладений и до 200 га вовлекаем в севооборот. С 2008 года по январь – февраль 2018-го ликвидировали вместе с адресами 1440 домов. Только за январь – март текущего года снесли 71 дом – тоже полностью. За 10 лет ввели в севооборот около 1500 га земли – с учетом той, от которой в пользу сельхозпредприятий отказались сельские жители.

Цифры, конечно, впечатляющие, но работе этой конца не видно, отмечает Светлана Владимировна. Один дом сносят, два рядом бурь­яном зарастают. И опять – длительный и нудный процесс. Ведь непосредственному сносу строений предшествует минимум полугодовая бумажная рутина. И если других именно это останавливает, то клетчане научились с ней справляться. Просто внимательно прочли текст президентского Указа №100 «О мерах по совершенствованию учета и сокращению количества пустующих и ветхих домов в сельской местности», разработали свою систему в рамках закона и применяют в деле.

Ежегодно в Клецком районе сносят в среднем по 150 домовладений и до 200 га вовлекают в севооборот. С 2008 года по январь – февраль 2018-го ликвидировали вместе с адресами 1440 домов. Только за январь – март этого года снесли 71 дом – тоже полностью. За 10 лет ввели в севооборот около 1500 га земли – с учетом той, от которой в пользу сельхозпредприятий отказались сельские жители.

– Начинается все с обследования населенных пунктов и визуального определения домов, с которыми нужно работать, – делится опытом председатель райсовета. – При этом не распыляем силы и средства по всему району, а отрабатываем целиком какую-то одну деревню. Вот перед вами Дунайчицы. Здесь наводим порядок второй год. В 2017-м на одной улице снесли 22 домовладения и посеяли кукурузу. Нынешней весной взялись за параллельную улицу: в рамках субботников привели в порядок 25 территорий и подготовили к рекультивации. Работали 29 организаций района. Итого по деревне – 47 подворий стали кукурузным полем.

Как пояснила председатель Кухчицкого сельсовета Светла­на Турко, с пер­вой улицей проблем оказалось меньше, чем со второй. Было много дворов, с которых на пристоличные дачи люди вывезли родительские дома. В Дунайчицах остались только фундаменты, поросшие бурьяном. Поэтому с изъятием и вовлечением в севооборот таких участков проблем не возникло.

– Кроме этого, 6 участков с заброшенными домами сельсовету переданы решением суда, – говорит Светлана Турко. – Два дела сейчас находятся в производстве. По ним ведется разбирательство.
– В каких случаях доходит до суда? – спрашиваю у депутатов.

– Это сложная работа. Бывает, и год, и два тянется, – отвечает председатель райсовета. – Находим собственников или заинтересованных лиц и в Питере, и в Москве. Ведем, бывает, переписку с ними не один год. И, к сожалению, есть такие дома, которые на­до сносить, но мы не имеем права – люди против. Земля вспахана по самый фундамент, а дом стоит. Даже с провалившейся крышей и сгнившими окнами. Но мы все делаем в рамках закона. Есть и люди, которые находятся в местах лишения свободы, сроки у них сумасшедшие, но согласия не дают на снос. Например, в Дунай­чицах с одним таким переписку вели с 2016 года, наверное. Там ничего не осталось – только фундамент и три яблони. В текущем году уже решением суда перешел участок сельсовету. При этом человек даже собственником не был – просто заинтересованное лицо. Есть и такие ситуации. Например, дедовский дом дети дали согласие сносить, а по родительскому, стоящему рядом, написали отказ. При этом дедовский еще пригоден для проживания, а родительский – развалюха.

– Как вообще концы находите с этими брошенными домами?
– Вся процедура расписана в 100-м указе. Мы начинаем процесс с запросов в БТИ и нотариат. Все эти действия, в том числе подачу исков в суд, решением райисполкома уполномочены совершать сельсоветы – это значительно упрощает дело. Запрашиваем информацию по конкретным адресам о регистрации имущества и собственниках, а также заинтересованных лицах. Если сведений оказывается недостаточно или их вовсе нет, идем по соседям. Люди в деревне ведь друг о друге знают больше, чем любая контора.

IMG 4948

Кроме этого, специалисты исследуют похозяйственную книгу – подавались ли какие-то сведения в сельсовет. В СМИ публикуют информацию и ждут месяц, пока кто-то объявится. Если в результате находится собственник или заинтересованное лицо, направляют ему предписание о наведении порядка на участке. На это отводится до полугода. Если реакции нет – дом вносится в регистр пустующих, и в течение месяца после этого сельсовет подает иск в суд. Иногда случается, что ответчик заявляет прямо в суде намерение облагородить участок. Тогда суд отказывает сельсовету в пользу этого гражданина и закрывает производство по делу. А местная власть контролирует, чтобы человек выполнил обещание. Если в течение полугода этого не происходит – снова в суд…
– На самом деле мы только рады, если кто-то берется благоустраивать заброшенное подворье, – говорит Светлана Чекун. – Так мы получаем еще одного налогоплательщика и порядок на земле. Но, к сожалению, случается, что в суде человек обещает, а потом об этом забывает. Приходится повторно тратить время и средства на разбирательства. При решении суда в пользу сельсовета по адресу выезжает комиссия и составляет акт о санитарно-техническом состоянии домовладения. Как правило, все такие дома ветхие и непригодны для проживания. Потому и сносятся.

– А если дом ничей, но в нем кто-то живет?
– Вот видите соседний рядом с тем, который сейчас сносят? Он тоже может быть не оформлен в наследство, но ухожен, покрашен, участок в порядке, не заросший. Естественно, в таком случае к людям у нас претензий нет. Оформить наследство или просто приезжать как на дачу и даже жить в дедовой или родительской хате – индивидуальное право человека. Для нас главное, чтобы был порядок. Но если дом по окна в траве, видно, что заброшен, – мы мимо не пройдем.

Когда завершается бумажный процесс, начинается производственный: сначала участок освобождают от растительности, сносят строения до основания, затем рекультивируют землю и засевают культурными растениями. Примерно в 70% случаев – кукурузой, потому как именно такая доля подворий граничит с сельхозугодьями и их проще вовлекать в севооборот, присоединяя к большим полям. Те же участки, которые не примыкают к пашне, засевают многолетними травами.

Когда речь идет о сносе пустующих и ветхих строений, от чиновников и депутатов часто можно услышать слово «закопать». На самом же деле все, что можно вывезти с участков, – вывозят. Древесная часть идет на дрова – ее в качестве вознаграждения за работу берут для себя организации, которые непосредственно разбирают строения. Как правило, это местное ДРСУ, у которого в наличии есть и нужная техника (экскаватор, например), и квалифицированные рабочие.

Дорожникам, к слову, достается также битый кирпич, который они дробят и используют у себя на производстве. Применяют его в строительстве хозспособом и сельхозпредприятия, участие которых в процессе, по словам депутатов, трудно переоценить – на аграриев ложится основная нагрузка, когда дело доходит до сноса. Аварийные большие деревья срезают специалисты лесхоза и древесину забирают.

Все, что нельзя использовать повторно, в качестве отходов вывозится на ближайший мусорный мини-полигон или на городскую свалку и подлежит захоронению. В результате перед глазами предстает слегка жуткая картина, которая вскоре сменяется более приглядной – зеленеющими посевами.

IMG 4878

В общем, вы поняли: залог успеха – активная работа в тесной кооперации всех основных ведомств и служб, от райисполкома и депутатов до хозяйств и дорожников. А ключевая составляющая здесь, конечно же, – неравнодушие каждого к тому, что происходит на его малой родине. На Клетчине люди – земли своей настоящие хозяева. 

Прочитано 225 раз
Оцените материал
(1 Голосовать)
« Август 2018 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

Год малой родины

 

Телефон доверия

Подписка

 

Система «Расчёт»