Четверг, 16 апреля 2015 01:57

Легендарный лётчик

Виктор ШУМСКИЙ
Легендарный лётчик mpravda.by

В одном из залов Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны хранятся награды и личные вещи белоруса Павла Яковлевича Головачева, чье имя золотыми буквами вписано в летопись военной авиации. 

В витрине экспозиции — летные шлем и перчатки, две Золотые Звезды Героя Советского Союза, два ордена Ленина, шесть орденов Красного Знамени и два ордена Красной Звезды прославленного летчика. Имя дважды Героя Советского Союза летчика Павла Головачева, уроженца Гомельщины, широко известно во всем мире. Талантливый летчик-истребитель вошел в сотню лучших советских асов периода Великой Отечественной войны. Молодой белорусский парень, окончив школу фабрично-заводского ученичества в Гомеле, в 1937 году без отрыва от производства стал курсантом Гомельского аэроклуба. С окончанием учебы по путевке комсомола был направлен в Одесское авиационное училище, которое успешно закончил в 1940 году. За годы Великой Отечественной войны молодой пилот освоил 6 типов самолетов. Летал на И-16, ЛаГГ- 3, Як-1, американском истребителе «Аэрокобра», поставлявшемся по ленд-лизу, Ла-7, Як-9. Осуществил 457 боевых вылетов, провел 125 воздушных боев, уничтожив 30 самолетов лично и 1 — в групповом воздушном бою. Уже 27 октября 1943 года командир 9-го гвардейского Одесского истребительного авиаполка гвардии подполковник Морозов в представлении на командира звена гвардии старшего лейтенанта Головачева писал: «За героизм и мужество, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, за лично сбитые 17 самолетов противника достоин высшей правительственной награды — присвоения звания Героя Советского Союза». 1 ноября 1943 года Указом Президиума Верховного Совета СССР отважный летчик был удостоен этого высокого звания. 19 вражеских истребителей, 11 бомбардировщиков и 1 самолет-разведчик после встречи с советским летчиком Павлом Головачевым уже никогда не смогли подняться в воздух. А ведь это были хорошо обученные пилоты люфтваффе, летавшие на авиационной технике, обладавшей высокими техническими и летными характеристиками.

Тем правомернее говорить о высоком мастерстве нашего земляка, сумевшего одолеть их в воздушных боях. Макеты советских истребителей И-16 и Як-9, на которых воевал летчик Головачев, а также немецкого истребителя «Мессершмит-109», бомбардировщиков «Юнкерс-87» и «Хейнкель-111», которые вошли в список его воздушных побед, представлены в экспозиции музея. С лета 1943 года, когда советской авиацией в небе Кубани было окончательно завоевано господство, на фюзеляжах советских самолетов стали появляться символические изображения, которые не были регламентированы документами, а были лишь отражением личного восприятия вой ны нашими авиаторами.

В советской историографии имеются сведения о том, что в годы Великой Отечественной войны советскими летчиками было совершено свыше 600 воздушных и 400 огненных таранов, нанесенных по наземным объектам. Воздушные тараны не были проявлением отчаяния, как это пытаются представить в настоящее время некоторые историки на Западе. Они стали одним из тактических приемов боя, требовавшим высочайшего мастерства и большой самоотверженности. Особое место занимают высотные тараны. Характерно, что подавляющее большинство воздушных боев в годы Великой Отечественной войны велись на малых и средних высотах — от одной до семи тысяч метров. На высоте свыше 7 тысяч метров воздушные бои происходили значительно реже, что объяснялось снижением на таких высотах ряда значимых летно-технических характеристик самолетов. В годы Великой Отечественной войны широкую известность получили два случая применения советскими летчиками высотных воздушных таранов. Первый был совершен 11 августа 1941 года лейтенантом Алексеем Катричем на истребителе МиГ- 3, который на высоте около 8.000 м в районе Бологое (Тверская область) таранил вражеский разведчик «Дорнье-215». Лейтенант Катрич благополучно приземлился на свой аэродром. Единственным повреждением истребителя оказались погнутые концы двух лопастей винта. Второй высотный воздушный таран совершил 30 декабря 1944 года у границы Восточной Пруссии заместитель командира эскадрильи 9-го гвардейского истребительного авиаполка Герой Советского Союза гвардии капитан Павел Головачев.

Вот как об этом вспоминал сам Павел Яковлевич: «30 декабря 1944 года я взлетел по тревоге со своим ведомым гвардии лейтенантом Николаем Черником. Набрал высоту в 5.000 метров и вдоль линии фронта начал барражировать. Прошло около 25 минут — противника не было… И вдруг я увидел выше себя с курсом 90, то есть на восток вдоль железной дороги Кёнигсберг — Каунас, самолет противника, который оставлял за собой белый шлейф. Как только мы перешли на солнечную сторону и за счет снижения набрали скорость, мы перевели самолеты в набор высоты. Набрали высоту 9.000 метров и поравнялись с ним. Я набрал еще 200 метров выше него и перешел в атаку. Вписал его в прицел и открыл огонь. Дал длинную очередь, и вдруг слышу в наушниках шлемофона: «Фокке-Вульф». Это было предупреждение с земли. Я бросил атаковать этот самолет и увидел — снизу на меня идут 4 самолета… Но я тут же убедился, что это не «Фокке-Вульф», а четыре Як-3, на которых летели летчики полка «Нормандия — Неман» (они служили в нашей дивизии). Они перепутали мой Ла-7, приняв его за «Фокке-Вульф-190», и пошли на меня. Но когда я увидел, что это французы, я бросился опять нагонять самолет-разведчик противника, который воспользовался моментом, развернулся на 180 градусов и уходил на свою территорию.

Когда я нагнал вторично противника, то заметил результаты первой атаки. Вопервых, по мне никто не стрелял, 2 пушки самолета противника были обращены стволами вверх, что означало — убит стрелок, который своим телом навалился на пушки и они стали смотреть вверх. В левой плоскости самолета противника была большая дыра около полуметра диаметром и левый мотор остановился. Я опять вписываю его в прицел, нажимаю на гашетки, но огня нет. Я перезаряжаю, опять нажимаю на гашетки, но огня опять нет, я в третий раз перезаряжаю, нажимаю на гашетки — огня нет. А самолет противника совсем рядом. Упустить разведчика я не мог… Подхожу к нему и снизу ударяю по хвосту. Как только я ударил, меня с самолетом перевернуло в сторону обратного вращения винта и выбросило со струи… Я увидел самолет противника ниже себя без хвоста, идущий к земле. Взглянул на прибор — потерял 4.000 метров и оказался на высоте не более 5. 000 метров… Я подобрал наивыгоднейший угол и планирую на свой аэродром… Закончился пробег, я вылез… Лопасти моего самолета сантиметров на 50 от оконечностей согнуты и черная краска на оборотной стороне винта стерлась, а желто-зеленая от немецкого самолета наварена…

Когда сняли капоты с мотора моего самолета, то стало ясно, почему не работало оружие. За первую очередь я выпустил 60 снарядов, а общий запас составлял 200 снарядов. У меня еще оставалось 140 снарядов. Оказалось, что когда после стрельбы разогрелось оружие и потом был перерыв в воздушной стрельбе около трех минут, оружие переохладилось, смазка замерзла, и затворы пушек покрылись ледяной коркой. В то время в официальных документах и в газетах писали, что я израсходовал весь боекомплект, хотя это неверно…».

В числе других побед прославленного летчика этот подвиг нашел отражение в представлении Головачева ко второй Золотой Звезде Героя Советского Союза. После высотного тарана гвардии капитана Головачева, уже в 1945 году, советские летчики еще 22 раза таранили вражеские самолеты, но уже на средних высотах. 24 апреля 2015 года исполнится ровно 70 лет с того дня, когда в небе западнее Берлина Павел Головачев поставил последнюю точку своим воздушным победам, сбив два фашистских истребителя «Фокке-Вульф-190». Мог ли тогда предполагать гвардии капитан Павел Головачев, что спустя четырнадцать лет после Великой Победы он вернется в родную Беларусь генерал-майором авиации, станет заместителем командующего 26-й воздушной армии (до 1949 года — 1-я воздушная).

Знаменитый летчик окончил Военно-воздушную академию, академию Генерального штаба. Командовал полком в Прибалтике, дивизией в Заполярье. Признанием несомненных ратных заслуг нашего земляка-авиатора стало его награждение в мирное время вторым орденом Ленина, тремя орденами Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды. Всего же в трех имеющихся в музее летных книжках Павла Яковлевича, учитывающих всю летную работу воздушного аса, отражены сведения об освоении пилотом 28 модификаций авиационной техники, среди которых не только истребители, но и бомбардировщики, вертолеты, самолеты военно-транспортной авиации. С учетом довоенного и послевоенного периодов летчик Головачев осуществил 4.054 полета, из которых 3.356 днем и 698 ночью. Общий налет пилота составил 2.320 часов. Последняя запись в летной книжке датируется 1 января 1971 года — за полтора года до смерти. Павел Яковлевич Головачев ушел из жизни, но остался в благодарной памяти потомков.

Прочитано 2775 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Год малой родины

II Европейские игры

Молодежная политика

 

Телефон доверия

Подписка

 

Система «Расчёт»