Инсульт на ментальном уровне

Тема психических заболеваний не относится к разряду обсуждаемых. Шизофреников, параноиков, аутистов, умственно отсталых и инвалидов объединяют обтекаемыми формулировками «с ограниченными возможностями»,
«с особенностями развития». Или по-новому: «люди с ментальной инвалидностью». В обществе они чувствуют себя чужими среди чужих. Такие пациенты и члены их семей невольно или сознательно остаются в социальной изоляции. С какими проблемами они сталкиваются? Достаточно ли поддержки от организаций, осуществляющих деятельность в сфере психического здоровья? Эти и другие вопросы обсудили участники форума «Другие решения».

Свои среди своих

В одном зале собрались не только медики, представители общественных объединений и организаций, благотворительных фондов и специализированных учреждений. Впервые на столь масштабную встречу пригласили и тех, чьи проблемы стали предметом обсуждения, – людей с психическими расстройствами и членов их семей. Именно они, порой сбивчиво, но абсолютно откровенно, рассказали о своей жизни: о том, как ее изменило заболевание, о том, как сейчас пытаются в нее вернуться. Рассказали, потому что не боялись быть осмеянными или непонятыми. Говорили, потому что в повседневности у них очень мало шансов быть услышанными и рассчитывать на поддержку.

Шизофрения – это психическое заболевание, для которого характерно искажение мышления (в виде бреда) и восприятия (в виде галлюцинаций). Дословно термин «шизофрения» обозначает «расщепление рассудка», но это не совсем верно отражает суть, потому как многие путают его с диссоциативным расстройством личности (в народе – раздвоение личности).

Больные люди, как правило, вызывают сочувствие. Но не тогда, когда речь идет о нарушениях психики. Максиму чуть за тридцать и в этом он убедился на собственном опыте. Причем дважды.

– Рос у бабушки и дедушки, потому что мама лежала в психиатрической клинике. Я знал, что эта болезнь может случиться и со мной, но хорошо учился, правильно себя вел, чувствовал себя нормально. Когда исполнилось 18 лет, вздохнул с облегчением: я теперь совершеннолетний и ничего плохого уже точно не произойдет. Решил сдавать на водительские права и пошел за справкой в психиатрический диспансер. Хорошо помню, как горделиво смотрел там на людей. Думал: они-то психи, а я просто за документом. Но… Я сам оказался психом и мне дали вторую группу инвалидности. Очень боялся насмешек, ушел в себя. Потом начал ходить в клуб при районном центре соцзащиты, но там узнали мой диагноз, дали ясно понять, что я лишний. Да, там тоже собирались инвалиды, но только у меня были проблемы с головой. Так я снова остался один на один со своей болезнью.

Ирине 48 лет. Уже 24 года ее диагноз – «шизофрения». За это время болезнь перевела практически всю жизнь женщины в форму прошедшего времени: было высшее образование, было замужество, была работа, были родственники…

Владимиру 25 лет. Родители медики, сам работал на «скорой помощи» санитаром. Его девушка покончила с собой, он не справился со стрессом и едва не оказался в психоневрологическом интернате. А Викторию довела до шизофрении глубокая депрессия… Они порой не могут четко пояснить, откуда и как пришла болезнь. Внезапно, как инсульт: просто в какой-то момент в мозге на ментальном уровне что-то щелкает, и человек будто оказывается в параллельном мире. И самое страшное в нем – одиночество. Что еще страшнее – произойти это может с каждым из нас.

Побег от самого себя

Одиночество, замкнутость и бесперспективность жизни зачастую становятся основными провокаторами психозов, иногда требующих стационарного лечения.

О ресурсах, которые помогают справляться с болезнью, по словам самих пациентов, они узнавали по сарафанному радио. Между тем социальной реабилитацией особенных пациентов в нашей стране занимается все больше организаций и специализированных центров. Там заново учат общению, дают новые профессии и даже содействуют трудоустройству, консультируют родственников, организуют занятия групп самопомощи в том числе и для родственников. Да и официальная медицина существенно пересмотрела подходы к лечению психических заболеваний.

– Я начала работать психиатром 12 лет назад, – рассказала заместитель главного врача МОКЦ «Психиатрия – наркология» Екатерина Катаргина. Минский областной центр, кстати, вместе с Белорусским обществом Красного Креста и стали основными инициаторами проведения форума. – Когда я только пришла, поняла, что вне стен больницы или диспансера очень мало возможностей у моих пациентов получить какую-то помощь. Это очень часто приводило к социальной изоляции и было видно, что реабилитация практически не проводится. За эти годы произошли значительные изменения, и нас это радует. Если вспомнить первый год моей работы, у нас тогда было только три психолога, а сейчас их уже 12. Психотерапевтов не было вообще, а сейчас их уже человек 6–7. Это говорит о том, что помощь востребована и необходима, потому что медикаментозное лечение создает только базу, которая помогает в дальнейшем развивать свой социальный потенциал. Мы оказываем и психологическую, и психотерапевтическую помощь жителям Минщины. В том числе на анонимной основе.

Считается, что шизофрения встречается с частотой от 0,5 до 1 процента.
В мегаполисе, например, где численность населения составляет 3 миллиона человек, как минимум 30 тысяч из них страдает шизофренией. Соотношение полов при этом примерно одинаково. Разница состоит лишь в том, что у мужчин заболевание отмечается на пару лет раньше, чем у женщин. В среднем начало шизофрении приходится на возраст от 15 до 30 лет. Каждый десятый больной этим расстройством совершает самоубийство.

«Общество не готово к сотрудничеству с особенными людьми» – эту мысль неоднократно высказывали на форуме его участники. Есть специализированное предприятие, где пациенты с психиатрическими диагнозами могут не просто получить новую и посильную профессию, но и рассчитывать на подбор соответствующего рабочего места, дальнейшее сопровождение. Но на этом пути возникает слишком много подводных камней: начиная от перепадов настроения и частой смены жизненных приоритетов у людей с психическими расстройствами и заканчивая просто нежеланием нанимателей идти на подобное сотрудничество. Да, о дополнительном к небольшой пенсии заработке говорили многие, но быстро выяснилось, что и бесплатно трудиться в свое удовольствие у пациентов стационарных психоневрологических учреждений возможности сегодня нет: мастерские закрыты практически повсеместно.

– В белорусских интернатах и диспансерах полная безнадега, – констатирует волонтер Ксения. Ей чуть больше двадцати и несколько лет она работала с подобными пациентами в Германии. – Согласитесь, и в обычных квартирах, в обычных семьях случаются конфликты. Это нормально. А теперь представьте, что под одной крышей сходятся десятки очень-очень непростых людей. Они вынуждены жить в замкнутом пространстве и контактировать с ограниченным контингентом. Я долго думала, чем им можно помочь. А потом поняла: место, где проще всего договариваться, где вкусно пахнет, где можно совместно заниматься чем-то приятным и полезным, – кухня!

Так появилась идея открыть для пациентов психиатрического стационара в Новинках инклюзивное кафе. Меня поначалу очень поддерживали, ведь это не только психотерапия, но еще и трудовая реабилитация для недееспособных людей. Однако на практике эта инициатива столкнулась с таким валом проблем, что пришлось отказаться даже от мысли провести все официально и на законных основаниях. Тем не менее мы, волонтеры, очень благодарны руководству РНПЦ психического здоровья: это учреждение всегда очень открыто для сотрудничества.

– О таких, как я, можно сказать: «Сумасшедший». Но раньше говорили: «Душевнобольной».
И такая формулировка мне нравится гораздо больше: человек, душа которого заболела. Люди ведь разные. Что-то случается – один проходит мимо и даже не задумается. А другой все близко к душе берет, все через нее пропускает. Вот душа и заболевает. Шизофреники – умные люди. Я – душевнобольной, – говорит ветеран войны в Афганистане. О своей жизни с диагнозом «Параноидная шизофрения» он написал стихотворение:
Не дай вам Бог сойти с ума.
От безразличья, от бездушья
Уж умереть гораздо лучше…
Не дай вам Бог сойти с ума!

Обсудить проблемы, пообщаться, высказать свои пожелания, завести новые знакомства – участники форума договорились встречаться чаще. Обменялись телефонами и долго обсуждали варианты создания специальной группы для продолжения общения в соцсетях. «Комфортно – это когда ты никому не мешаешь жить, – высказала общую мысль одна из пациенток психоневрологического центра. – Но мы хотели бы по мере сил приносить пользу обществу. Вместе легче придумать, как это можно сделать».

Алёна КОРЕНЕВСКАЯ

Рекомендации для Вас

Об авторе: redactor2

Добавить комментарий