Инженеры от природы

В Налибокском заказнике пополнение: из Нидерландов доставили 151 тарпановидную лошадь. Предки этих диких животных ранее обитали и в Беларуси, но в XIX веке были истреблены. «МП» выяснила, как далась новоселам зимовка, что за миссия отведена табуну в пуще и почему один из жеребцов заслужил прозвище Кирпич.

Из «Оствардерспласс» – с любовью!

Этот нидерландский заповедник расположен всего в 30 километрах от Амстердама и с давних времен славится богатой флорой и фауной. В «Оствардерсплассе» гнездятся редкие в Европе виды птиц. Кроме того, в местных лесах и лугах обитает одна из самых больших популяций диких лошадей польской породы коник (ближайших родственников вымерших тарпанов). В 30-е годы прошлого века ученым удалось методом обратной селекции выделить фенотип и считавшийся исчезнувшим вид был возрожден. Со временем табун разросся.

Тарпановидных лошадей легко отличить от их домашних собратьев по характерному мышастому окрасу, а также по темному ремню, который «тянется» по хребту. Жеребцы более темные. Коники заметно ниже привычных лошадей и имеют более короткую шею. По характеру тарпановидные диковаты, хотя егерям в «Налибокском» удалось некоторых приручить. Теперь, когда туристы начинают фотографировать, некоторые особи тянутся к людям, рассчитывая на угощение.

В какой-то момент стало понятно, что животным уже тесно. Потому несколько лет назад нидерландские егеря переселили часть тарпановидных в Польшу и Латвию, но при этом продолжали присматриваться к странам со схожим климатом.

– Когда голландцы приехали в наш заказник и собственными глазами увидели участок, который мы подготовили под будущий табун, – вспоминает инженер-эколог Республиканского ландшафтного заказника «Налибокский» Лариса Кулак, – то только и повторяли: «Fantastic! Fantasic!..» В январе приезжала их съемочная группа. Они готовили видеорепортаж о том, как приживаются в Беларуси переселенцы. Вы же понимаете, насколько влиятельны в Европе партии «зеленых»? Подобным проектам там придают очень большое значение. Приятно, что в телесюжете на весь мир прозвучало: белорусский воздух подошел лошадям гораздо лучше, чем голландский. Но больше всего иностранцы, конечно, впечатлились нашим раздольем.

Просторы кажутся безграничными. Особенно если учесть, что по размерам Налибокская пуща – четверть всей территории Нидерландов. Изначально планировалось, что в Беларусь попадут только 50 особей коников, но, оценив белорусские возможности, нидерландская сторона троекратно увеличила размер табуна.

Все животные различного возраста. Две кобылы ожеребились в заказнике, и их детеныши уже получили имена: Иваныч – по отчеству одного из белорусских организаторов проекта и Сьюзен – по имени сотрудницы Нидерландов, которая активно участвовала в переселении лошадей. Еще одного жеребца прозвали Кирпичом (у него проявился ген домашней лошади, что сказалось на окрасе: шерсть стала рыжей). Российские туристы именуют его теперь не иначе как Чубайсом.

Кони привередливые?

Главное условие проекта – отпустить животных в дикую среду и не вмешиваться в их существование. Но сотрудники заказника никак не ожидали столь мягкой – как правило, характерной лишь для Западной Европы – зимы. И чтобы, во-первых, привязать животных к определенной территории, а во-вторых, на случай суровых морозов приучить, где они смогут найти пропитание, оборудовали прикормочные площадки.

– Видимо, овсом их в Нидерландах никто не баловал. Потому что когда мы наполнили кормушки, к зерну коники даже не подходили, –
улыбается Лариса Валерьяновна. – Только спустя 3–4 суток молодые животные начали пробовать, за ними подтянулись и зрелые особи. Как только закончился двухмесячный карантин, мы сняли электропастуха и они активно стали осваивать территорию.

Поглощают самую разную растительность: и тростник, и рогоз, и камыш, и кустарники. Сухая трава – тоже прекрасный корм. Вы же видите, они ничуть не истощенные после зимовки. Можно даже сказать, что животные довольно упитанные.

И кобылы, которые только ожеребились, не выглядят какими-то стянутыми. Иной раз, когда ведем съемку с квадрокоптера, не отличить, где самка, а где самец.

В отличие от других травоядных – зубров, оленей или косуль –
тарпановидные лошади способны раскопать даже толстый пласт снега и добыть себе пищу. При этом, вопреки мнению скептиков, они не являются конкурентами другим животным.

– У каждого зверя свой корм. Лось – это типичный дендрофаг: животное ест только молодую поросль. У него длинные ноги и короткая шея, потому низкой травой лось не может питаться. Косули также едят молодую поросль деревьев, и подножный корм им необходим постольку-поскольку. То же можно сказать и об оленях. Зубры высокую траву есть никогда не будут, они предпочитают отаву – траву, которая поднялась лишь на 10–15 сантиметров. Так что битв за корма ждать не стоит, – объяснила инженер-эколог.

Естественные биомелиораторы

Безусловно, животные, которые для нашей местности пока являются экзотическими, успели привлечь внимание туристов. Поглазеть на диковинку, на некогда исчезнувший вид, в Налибокский заказник съезжаются не только белорусы, но и иностранцы. Вот только переселение тарпановидных лошадей имеет более важную цель.
Из 90 тысяч гектаров территории заказника около 20 тысяч – заболоченные пойменные участки местности. Эти земли деградировали, когда оказались не нужны людям. Вдобавок при отсутствии некоторых исчезнувших видов потеряли привлекательность и для диких зверей. Уж слишком все взаимосвязано в природе.

– Первоначально у нас возникла проблема, когда зубры стали выходить на сельхозугодья. Предприятия выразили свое недовольство: наносился вред посевам. Но самое важное то, что зверь все-таки должен находиться в диких условиях. И мы начали проект
ПРООН по восстановлению лесных пастбищ, – говорит директор Республиканского ландшафтного заказника «Налибокский» Василий Гурков. – Провели рекультивацию почвы, подсеяли смесь многолетних трав. Затем пришли к выводу, что мы ведь не сельхоз-
организация, а природоохранное учреждение. И наша главная
цель – создание устойчивой саморегулируемой среды.

Издревле травоядные животные формировали ландшафт. Потеря хоть одного из представителей перечеркивает или ставит под угрозу существование других видов.

– Тарпановидная лошадь – это очень мощный биомелиоратор, животное-инженер. Всего за полгода они превратили заросший хмызняком участок пастбища в газон. Трава кустится, а темп ее роста увеличивается. Что это означает? Данный участок стал привлекательным для зубров, которые смогут там растить свое потомство. То же можно сказать и о других копытных. С улучшением состояния лугов формируется и прекрасная среда для тетерева. В период токования эти птицы нуждаются в открытых и чистых пространствах. Вычищенный лошадьми участок облюбовали и около 40 особей лебедей-кликунов. Это тоже краснокнижный вид. Другими словами, уровень биоразнообразия повышается, – подводит итог Василий Владимирович.

Пока главная цель – восстановление пастбищ в урочище Тяково, занимающем примерно 140 гектаров земли. Если вдруг лошади начнут выходить на поля аграриев, животных отловят и перевезут поглубже в пущу. Весной будет получен приплод и станут известны темпы роста табуна.

– Сегодня в Беларуси около 1 000 000 деградированных земель, которые сосредоточены в поймах рек Припять, Березина, Днепр. Потому проблемы с расселением тарпановидных лошадей нет. Более того, есть малонаселенные участки. К примеру, северо-восток Могилевщины, территории, пострадавшие от чернобыльской аварии. Так что простор для увеличения табуна неограничен, – считает руководитель заказника.

Алексей БОЛОТОВ

Рекомендации для Вас

Об авторе: redactor2

Добавить комментарий